Среди рейнгардтовских актеров видное место занимал Альберт Бассерман (1867—1952), связанный многими годами работы с О. Брамой, что наложило отпечаток на его творческую манеру. Высокого роста, сильный, энергичный, он в поэтические спектакли Рейнгардта неизменно вносил здоровую реалистическую струю, исходя из глубокого раскрытия психологии образов, из их человеческой, гуманистической сущности. Так, выступая в роли короля Филиппа («Дон Карлос»), он показывал не только короля-тирана, но и человека, его одиночество, его смятенную душу. Король Лир Бассермана долго сохранял внутреннюю силу и веру в людей, пока не был подкошен коварством дочерей. Сцену безумия он проводил как апофеоз темы крушения мощной личности. Выступал Бассерман и в комедиях Шекспира (Бенедикт, Петруччио, Мальволио), тут он блистал тонким мастерством, остроумием, динамичностью и фантазией.

Умея подчинить актеров принципу жанрового разнообразия своих режиссерских решений, Рейнгардт создавал поразительно целостные спектакли, в которых стиль актерской игры и постановочные принципы находились в гармоническом единстве. В каждом спектакле, будь то античная трагедия, Шекспир, Шиллер или Пиранделло и Гауптман, режиссер находил новую форму, в которой обнаруживалось рейнгардтовское проникновение в сущность пьесы и образов.

Многообразие исканий Рейнгардта сыграло важнейшую роль для всего последующего развития театра XX в. Оценивая его вклад в искусство, К. С. Станиславский писал: «Рейнгардт создал великое дело своей жизни — один из лучших театров мира. Но, может быть, еще важнее то, что он вызвал к жизни целое поколение зрителей, талантливых и больших актеров, режиссеров». Величайший авторитет режиссуры XXв. К.С.Станиславский особо подчеркивал то, что Рейнгардт сумел во время мировой катастрофы бережно сохранить созданную им культуру, и выражал твердую надежду, что «творческий гений Рейнгардта поможет сохранить вечные традиции, питающие подлинное искусство, и открыть и обосновать новые законы, которые в ближайшем и отдаленном будущем приведут к дальнейшему развитию нашего искусства».

История мирового театра подтвердила справедливость этих слов — искусство режиссуры в лице Рейнгардта обрело свою зрелость и открыло многие перспективы для сценического творчества нашего времени.