С именем Жана Муне-Сюлли (1841—1916) связано возрождение трагедии после долгого периода ее упадка во времена Второй империи.

После франко-прусской войны в различных кругах французского общества пробудился интерес к героическому искусству, патриотическим темам, национальным традициям французской культуры. Муне-Сюлли стал тем актером, искусство которого отвечало таким настроениям и вкусам французской публики.

В труппе театра «Комеди Франсез» он поначалу был слишком романтичен для ансамбля замечательных комедийных и

характерных актеров. Патетическая приподнятость, порывистость и стремительность на сцене — все это резко выделяло его из ансамбля. Золя вскоре после первого выступления Муне-Сюлли в «Эрнани» (1879) писал, что он «родился с опозданием на полстолетия и в нем течет кровь 1830 года...»

Постепенно искусство Муне-Сюлли становилось спокойнее, гармоничнее. Отзывы современников об игре актера позволяют сделать вывод, что трагедия у него стала звучать как героическая драма, но подлинность переживаний нередко заменялась демонстрацией виртуозной техники мастерства актера.

Основной репертуар Муне-Сюлли составлялся из ролей французской классической трагедии и французской романтической драмы, а также Шекспира и Софокла.

В «Сиде» Корнеля, пьесе сурового гражданского пафоса, он выдвигал на первый план не трагическую, а героическую тему. Его Родриго был поэтическим воплощением рыцарского героизма. Высокое, неукротимое мужество сочеталось у него с нежной и преданной любовью.

В трактовке Муне-Сюлли место трагической темы занимало прославление рыцарской отваги героя. Свойственная французской трагической школе подчеркнуто-театральная патетика игры, статуарная пластика поз, изысканная выразительность движений в наиболее драматических моментах роли сочетались с непосредственностью сердечных порывов.

Лирически воодушевленное искусство актера вдохнуло новую жизнь в драмы Гюго. Правда, теперь их революционный пафос заменялся утверждением идей абстрактного гуманизма и героического благородства. Образы героев Гюго воспринимались как воплощение лучших черт французского национального характера. Именно так и выглядели Эрнани и Рюи Блаз в исполнении Муне-Сюлли.

К числу лучших созданий Муне-Сюлли французская театральная пресса относила и его шекспировские роли — Гамлета и Отелло. Мунее-Сюлли исполнял Шекспира «по исключительно французской программе трагического героизма». Своеобразие трактовки особенно проявилось в Гамлете. Это была одна из наиболее любимых ролей актера. Он готовился к ней около десяти лет.