Режиссура Мейнингенского театра стремилась к созданию законченного и целостного художественного произведения, в котором все составные части подчинены задаче наиболее полно выразить идею пьесы. Это и определяло особый порядок и характер работы над спектаклем. Она начиналась с детального изучения режиссурой исторической эпохи, быта. Потом приступали к читке пьесы, которая обсуждалась сперва в целом, а затем по отдельным действиям, сценам, ролям. От актеров требовалось знание не только своей роли, но и всей пьесы. В процессе репетиционной работы проводились многочисленные беседы, во время которых детально разбирались роли, давался их литературный и психологический анализ. После создания режиссером и художником плана постановки, начинались репетиции массовых сцен.

Тщательная их разработка была одним из важнейших средств создания художественного единства спектакля. Мейнингенцы боролись против безжизненности и статичности массовок, добивались органического участия толпы в развитии сценического действия. Статисты делились на ряд групп, в каждой группе назначался руководитель, «старшина», из артистов театра. Эти «старшины» отвечали перед главным режиссером за работу своей группы, следили, чтобы участники массовых сцен не принимали одинаковые позы, вовремя делали нужные жесты, точно подавали реплики, которые подчас специально для них писались.

Особое внимание режиссура уделяла работе над эпизодическими ролями. Задача создания сценического ансамбля требовала отказа от системы амплуа. Актер, играющий главную роль, мог на следующем спектакле исполнять выходную роль или даже выступать в качестве статиста в массовой сцене.

Борьба мейнингенцев за единый художественный образ спектакля и стремление к максимальному правдоподобию изображения жизни на сцене определяли тщательность разработки оформления. Здесь главное внимание обращалось на точность воспроизведения быта эпохи. Поэтому, работая над пьесой, театр досконально изучал исторические источники материальной

культуры (так, при постановке «Ифигении в Тавриде» театр использовал материалы археологических раскопок Шлимана; при постановке «Марии Стюарт» изучали историю мест, указанных в драме Шиллера; при постановке «Орлеанской девы» художник театра ездил во французское селение Домреми, на родину Жанны д'Арк, и на месте делал экскизы декораций).

Стандартные, безликие павильоны заменялись декорациями не только этнографически точными, но и носящими отпечаток социального положения, образа жизни, профессии обитателей дома. Мейнингенцы заменяли написанные на холсте архитектурные детали выстроенными декорациями. Ровная плоскость сцены разбивалась на отдельные куски (холмы, ущелья), были введены лестницы, площадки, переходы, что позволило более естественно, живописно и динамично планировать мизансцены.