Символический образ человечества, слепого и беспомощного, дает Метерлинк в драме «Слепые» (1890). Ночью в глухом лесу под холодным и высоким небом собрались слепые люди, среди них и старые, и молодые, и дети, все они кого-то ждут. Слепцы оставлены своим поводырем-священником. Он сказал, что уходит далеко, а им велел ждать. Слепые не знают, что он умер и тело его находится тут же, среди них. Случайно они наталкиваются на мертвое тело священника. Их охватывает страх — ведь со смертью священника погибла вера, направлявшая их путь. Слепые не знают, где они, куда им идти и что делать. Одинокие и беспомощные, слепцы чутко вслушиваются в непонятные и таинственные для них звуки ночи. Невдалеке раздается гул морского прибоя, дует холодный, острый ветер, шуршат мертвые листья, начинает плакать ребенок. Вдали, постепенно приближаясь, слышатся чье-то шаги. Слепым страшно: «Шаги остановились среди нас!.. Они здесь! Они среди нас!.. Кто ты? — Молчание».

В ранних пьесах Метерлинка с большой силой выражены приметы упадочного искусства: страх перед жизнью, неверие в разум и силы человека, мысль о бесплодности и обреченности его существования. В драмах отсутствует герой, место его занимает пассивная жертва рока. А это ведет к распаду традиционной драматургической формы. Бессильные и жалкие персонажи метерлинковской драмы не могут быть участниками драматического конфликта.

Характер персонажей Метерлинка определял и весь строй речи его пьес. Блок очень точно сказал, что «Метерлинк украл у западной драмы героя, превратил человеческий голос в хриплый шепот». Обитатели унылого мира метерлинковских драм говорят шепотом или истерически вскрикивают.

Но в творчестве Метерлинка была и другая грань, позволяющая видеть в нем большого, мятущегося художника. Подавленный ужасом буржуазного мира, он пытается найти в философии и искусстве ответ на страшные вопросы современного бытия. Не принимая пошлого искусства, обслуживающего буржуазно-мещанское большинство, он ищет новые пути театра, новые театральные формы. И с этой точки зрения важно, что Метерлинк в своих творческих исканиях близко подходит к драматургическим и сценическим открытиям А. П. Чехова (это отказ от изображения исключительных героев, новая форма драматического конфликта, «подводное течение» — принцип подтекста, значение пауз, создание настроения и пр.).

В начале XX в. характер драматургии Метерлинка значительно меняется. Под воздействием большого общественного подъема, происходившего в эти годы в стране, писатель обращается к реальной жизни. Метерлинк теперь признает за символом роль художественного приема, открывающего зрителю истину жизни. Надо, «чтобы смысл был достоин истинно живой поэзии...».Теперь Метерлинк становится певцом жизни.Образы его героев обретают плоть и кровь, идеи и страсти. В исторической драме «Монна Ванна» (1902) он ставит проблему гражданского долга, говорит о вере в человека, о подлинной любви и морали. В драме «Сестра Беатриса» (1900), по-новому истолковывая сюжет средневекового миракля, Метерлинк мрачному церковному аскетизму противопоставляет радости и муки человеческой жизни.